RSS
Еще одна фальсификация войны в Абхазии в 1992-1993 годах. Часть I
28.09.2012 16:43
Каха Квашилава
Сухумский государственный университет, доктор истории, журналист

В 30-х годах прошлого столетия известный французский мыслитель, философ, поэт и эссеист Поль Валери сказал: «История - одно из опасных изобретений людей». Конечно, это не столь уж и лестная оценка для историков, и мы можем поспорить с ее автором. К сожалению, многие журналисты, конфликтологи или политологи считают, что именно историческая наука, именно историки являются разжигателями разного рода конфликтов, особенно - этнических. Сам Поль Валери там же пишет, что история «вызывает манию величия и манию преследования». Следует заметить, что эти слова он написал, будучи под влиянием негативных влияний своего времени - поскольку мир тогда стоял перед опасностью шовинизма, фашизма и нацизма. К сожалению, не столь уж малую лепту в их разжигание вносила спекуляция исторической наукой. Если говорить точнее – фальсификация и искажение исторических фактов, стремление доказать «преимущество» арийской расы над евреями, славянами или итальянскими абиссинцами.

К сожалению, именно фальсифицированную и искаженную историю часто используют для разжигания конфликтов, для достижения националистических (в отрицательном понимании этого слова) и шовинистических целей. 2010 году доктор истории, профессор Зураб Папаскири представил основательную критику истории, искаженной абхазскими историками-сепаратистами.

Война в Абхазии началась не 14 августа 1992 года. Фактически, она началась в середине XIX столетия, когда Российская Империя начала сеять вражду между грузинами и абхазами. Кремль старался постоянно «держать в тонусе» сепаратистские и антигрузинские настроения в Абхазии - которые стали бы сдерживающей силой для Тбилиси в случае победы антиимперских сил. Эта великодержавная политика - которая, в принципе, не прекращалась - стала приобретать особую активность со второй половины XX столетия и достигла пика в 1988-1993 годы. Исходя из этого, можно сказать, что война в Абхазии (в 1957-1993 годах это была своего рода «холодной войной» между Москвой и Тбилиси) шла и в 50-х, и в 60-х, и в 70-х, и в 80-х годах прошлого века.

То, что произошло в Абхазии в 1992-1993 годах, не было желанием грузин. Составляя всего лишь 17% от всего населения Абхазской автономной республики, абхазы, по сравнению с другими малочисленными народами Советского Союза, имели весьма комфортные условия. В Сухуми функционировал Абхазский драматический театр; мировое признание получили ансамбли песни и танца Абхазии; серьезных успехов добились Государственный симфонический оркестр и Государственная капелла. На абхазском языке выходили газеты и журналы, в том числе - научные. На абхазском языке шло радио- и телевещание. Сухуми, фактически, был вторым после Тбилиси научным и просветительским центром Грузии. Здесь функционировал второй среди союзных республик и четвертый на Южном Кавказе государственный университет, где имелся и абхазский сектор - что было абсолютно беспрецедентным фактом в СССР. Более того, в автономных формированиях РСФСР, в том числе в автономных республиках Северного Кавказа, в университетах не только не было национальных секторов – фактически, не существовало национальных школ и представители т.н. «титульных наций» получали среднее образование, как правило, в русских школах. И это тогда, когда в Абхазии, перед началом учебного 1989-1990 года, функционировали 73 абхазских и смешанных (с абхазским сектором) школ. Однако необходимо отметить, что абхазский язык в т.н. «абхазских школах» был языком обучения только с 1-го по 6-й класс - затем учеба переходила на русский.

Как отмечалось выше, для разжигания и развязывания конфликтов часто прибегают к фальсификации истории. В этой статье заострим внимание именно на одном из таких фактов.

В 1998 году был издан довольно объемный (394 страниц) труд абхазского ученого и журналиста Екатерины Бебия «Люди из брони (К истории создания абхазских бронетанковых войск)». Ко времени выхода книги ее автор была кандидатом наук, доцентом абхазского университета и, одновременно, журналистом абхазской телерадиокомпании. В 1992-1993 годах, во время войны в Абхазии, Екатерина Бебия часто бывала на линии фронта для подготовки телесюжетов. В настоящее время она является профессором кафедры журналистики того же вуза, доктором филологических наук, редактором абхазской телерадиокомпании, а также профессором Кубанского университета. Высшее образование Бебия получила на факультете журналистики Тбилисского государственного университета и там же защитила кандидатскую диссертацию в 1988 году.

Рецензентом упомянутой работы Екатерины Бебия является кандидат политологических наук, «герой Абхазии» Руслан Харабуа. На время издания книги он занимал пост вице-спикера абхазского «парламента». Консультантами автор избрала «героев Абхазии» и кавалеров «ордена Леона». А само издание профинансировал нынешний абхазский «президент» Александр Анкваб.

Эту книгу нам передал Гоги Маисурадзе - старший консультант парламентской комиссии по вопросам восстановления территориальной целостности Грузии - и попросил внимательно ознакомиться с ней. Внимание сразу же привлекло очень звучное - если не сказать вызывающее - название, вернее - его вторая часть: «К истории становления абхазских бронетанковых войск». Немного смехотворно говорить о существовании этого рода войск в военной структуре «государства», безопасность которого обеспечивает иностранная армия!

Правда, труд Бебия касается событий 1992-1993 годов, но весь его пафос направлен против Грузии. Цель автора однозначна - «показать» читателю «героическую» борьбу «абхазского народа» против «грузинских агрессоров». Настоящий воин всегда оценивает противника по достоинству - это аксиома. Но в монографии нет ни одного положительного слова о грузинах. Наоборот, в этой книге Екатерина Бебия называет грузин Абхазии «пятой колонной» и утверждает, что они поселились в Абхазии только в 30-50 годы XX столетия. Наверное, этот абсурд даже не стоит комментировать.

Конечно же, Бебия хорошо знает, что грузины проживали на территории и Абхазии гораздо раньше, чем она преподносит в своей книге. Но написано так намеренно. Ведь как иначе показать «агрессию» грузин в Абхазии до войны. К тому же образ «фашиста» и «агрессора» гораздо легче «вылепить» из грузин, якобы насильственно заселенных на эту территорию (раз переселили насильственно - как утверждает автор - не может быть у них любви к Абхазии), чем из грузин, издревле проживавших на этой земле. Трудно сказать, какое объяснение находит доктор филологических наук Бебия происхождению собственной фамилии - но то, что она явно грузинского происхождения, является однозначным фактом, для доказательства которого не нужен какой-либо языковедческий, этнологический или иной материал.

Конечно же, никто не утверждает, что Бебия - не абхазка. Да, она абхазка. Но ее предками были грузины. В результате засилья апсуа-адыгских племен, имевшем место в Абхазии в позднем средневековье, произошла ассимиляция части местного грузинского населения (тех, кто избежал плена и продажи в рабство, или не спасся в соседнем Самегрело). Именно из них, в основном, и сформировались позже абжуйские абхазы. Поэтому автор с такой фамилией должен испытывать неловкость, говоря о переселении грузинского населения в Абхазию во второй половине XX столетия. Ведь именно такие абхазы составляют основную часть бойцов, упомянутых в книге Екатерины Бебия. Наверно, надо еще раз повторить - мы далеки от того, чтобы считать их ренегатами-грузинами (хотя, возможно, некоторые из них на самом деле принадлежат к той категории - те, кто в советский период отказались от своей национальности ради определенных привилегий).

Автор с некоторой «досадой» замечает, что большинство домов, построенных в Новом районе Сухуми, якобы были «предназначены для тех грузин, которые хотели переселиться в Абхазию», а «для коренных жителей... получение квартиры очень часто было невозможно». Понятно, что под «коренным населением» автор подразумевает только абхазов, называя проживающих в Абхазии грузин «местными». Однако Бебия не объективна, когда говорит, что большинство квартир в Новом районе предназначались грузинам. Все сухумцы хорошо помнят, что большую часть жителей этого района составляли именно представители других национальностей.

Екатерина Бебия также не находит положительных или теплых слов и в адрес тех грузин, которые проживают по эту сторону Энгури - к примеру, преподавателей, обучавших ее в Тбилисском государственном университете, или сокурсников.

Обращает на себя внимание вступительное слово рецензента Харабуа - «Вместо предисловия». В первом же абзаце «герой Абхазии» заявляет, что целью «режима Шеварднадзе» (естественно, тут он имеет в виду Грузию) была ликвидация «абхазской государственности». Рецензент, как и автор, с самого начала настраивают читателя на то, что целью войны в Абхазии было уничтожение абхазской «государственности». Хотя они забывают, что невозможно ликвидировать то, чего не существует в природе – поэтому «режим Шеварднадзе» не мог запланировать уничтожение несуществующей «государственности».

В противовес этому можно сказать, что и в 1992 году, и спустя 20 лет – сегодня, в 2012 году - существует единственный вид государственности Абхазии в виде автономной республики. Только эта форма является признаком государственности этого региона Грузии, и это естественно - поскольку Абхазская Автономная Республика является легитимным правопреемником Абхазской АССР.

Продолжение следует...


 
 
При использовании материала гипперссылка на Expert Club обязательна