RSS
Сочинский округ и Абхазия (Грузия) – ч. 3
18.02.2014 13:30
Симон Киладзе

Сочинский округ в составе Грузии: плюсы и минусы

Можно ли считать требования Грузии на переговорах в Екатеринодаре справедливыми? Как мы отмечали выше, Тбилиси рассматривал вступление в Сочи, с одной стороны – как возвращение исторической территории, а с другой - шагом, направленным на утверждение безопасности Абхазии. Очевидно, что это была патриотическая позиция, и ее поддерживали все политические партии Грузии. Кто же мог негативно оценивать это явление? Никто, кроме большевиков и деникинцев. Несмотря на это, объективности ради, следует заметить, что политическая ситуация, сложившаяся в Грузии и вообще в регионе Северного Кавказа в конце 1918 года, была крайне сложной: перманентные антигосударственные выступления, восстания, пограничные конфликты и другого рода провокации не давали возможности твердо и окончательно решить вопрос Сочинского округа. Грузинской гвардии и частям регулярной армии – гарантам безопасности республики - постоянно приходилось перегруппировываться от одной горячей точки к другой, работа транспорта и коммуникаций была нарушена, углубился экономический кризис… Таким образом, республика не имела достаточно сил для сохранения занятой территории. Более того, существовала большая опасность потери территории Тбилисской и Кутаисской губерний. Об этом мы узнаем ниже.

Так или иначе, поскольку на Сочинский округ уже распространялась юрисдикция Грузии, встала необходимость проведения некоторых мероприятий. Началось создание структур государственной власти, с целью восстановления нормальной ситуации в Сочинском округе была намечена разработка единого плана действий министерства юстиции, земледелия и министерства по делам Абхазии. В Сочинский банк для осуществления финансовых операций из Тбилиси было доставлено несколько миллионов рублей (в бонах) и сотни тысяч другой валюты. Следует отметить, что грузинские боны, в сравнении с другими деньгами, имеющимися в обращении в Сочи – особенно - с выпущенными Деникиным - были достаточно твердой валютой и пользовались большим спросом у населения. Министерству образования дополнительно было выделено сто тысяч рублей для сохранности школ Сочинского округа. В целях подготовки к проведению аграрной реформы в Сочи прибыл министр земледелия Грузии… Был также решен вопрос выборов местных органов самоуправления. Грузинская администрация и военный штаб временно разместились в фешенебельной гостинице «Сочинская Ривьера». В этот период в Сочи находился командующий Народной Гвардией Грузии Валико Джугели, который в своей книге «Тяжелый крест», изданной на русском языке, (написана в форме дневников) описывает ситуацию в Сочи: «Я ушёл от скучной, но великолепной Ривьеры, ушёл от всех соблазнов оскудевшаго и почти опустевшаго курорта. Но он не совсем ещё опустел. Там ещё не мало «бывших людей», людей некогда сильных, властных и богатых. Почти все они ненавидят революцию, которая их разорила и унизила. И они все с нетерпением ждут алексеевцев. С нами они очень почтительны, даже любезны, но не любят нас. Не любят как революционеров и как грузин…».

В этом контексте следует отметить еще один важный фактор – антигрузинская информационная война: на территории, контролируемой Добровольческой армией, - в городах Кубани и Черноморья (Екатеринодаре, Новороссийске, Туапсе) газеты призывали к крестоносному походу против Грузии. Распространялись антигрузинские прокламации с требованием жестоко наказать Грузию. «Офицеры Добровольческой армии при виде возвращающихся на родину грузин, обычно провожали такими словами: подождите, вот скоро будем в Тифлисе и тогда вам не поздоровится с вашими жорданиями, гегечкори и рамишвили. Особенно ненавидят Гегечкори», - писала газета «Ертоба» («Единство» ) в декабре 1918 года.

В Европе же в это время произошли значительнейшие события – Германия и ее союзники потерпели поражение в Первой мировой войне со странами Антанты (Великобританией, Францией, Италией, США). Берлин вывел свои войска из Грузии. По решению Верховного Совета Антанты, их место на Южном Кавказе заняли англо-французские военные части. Поскольку Антанта оказывала большую помощь Деникину в борьбе с советской Россией, то он надеялся на поддержку Великобритании при решении вопроса Сочинского округа. Сложившаяся международная политическая ситуация была весьма неблагоприятной для Грузии – Тбилиси, который пользовался поддержкой со стороны Германии, теперь был вынужден обратить взор надежды на Антанту. Естественно, правительство оказалось в весьма неудобной дипломатической ситуации. А Деникин, в ожидании успеха, начал собирать войска между Лазаревское и Лоо, близ позиций грузинских военных частей. Естественно, это не осталось незамеченным Тбилиси.

Перед представителями грузинской дипломатии стояла весьма трудная задача – надо было каким-нибудь образом убедить военную миссию Великобритании в своей правоте, тем самым отвести от страны угрозу территориальных посягательств со стороны российской Добровольческой армии. Следует сказать, что первоначально правительство, казалось бы, успешно справилось с этой задачей: «Британцы согласились с нашим правительством в том, чтобы округ временно по-прежнему оставался в составе Грузии, - писала газета «Сахалхо Сакме» («Народное дело») в начале января 1919 года, - и окончательно вопрос принадлежности округа будет решен на Парижской мирной конференции». Что касается концентрации деникинских войск на плацдарме Лазаревское-Лоо, то члены британской военный миссии заверили грузинских представителей - заместителя министра иностранных дел Константина Сабахтарашвили и генерала Александра Гедеванишвили, что угрозы со стороны Добровольческой армии не будет. Надеясь на обещанное, грузинское правительство перебросило дислоцированные в районе Сочи грузинские военные части на Ацкурско-Ахалцихский фронт, так как вооруженные отряды турок, вошедшие из Карса и Артаани, заняли Ахалцихе (на территории Карской и Артаанской области местные турецкие авантюристы объявили т.н. Карскую Республику, в составе которой они подразумевали Адыгени, Ахалцихе и Ахалкалаки).

В январе 1919 года на Парижской мирной конференции грузинское правительство представило карту государственных границ, в которой, на основании исторических данных, Сочинский и Туапсинский округи находились в составе Грузии. Согласно этой карте, граница Грузии в северо-восточной части Причерноморья должна была пройти у устья реки Макопсе, расположенного в 14 километрах к юго-востоку от города Туапсе. Тут же заметим, что делегация Горской Республики тоже представила карту, согласно которой Черноморская губерния и Абхазия значились в ее составе. К сожалению, рассмотрение вопроса границ Грузии на Парижской мирной конференции затянулось, а к тому времени ситуация в Сочинском округе резко осложнилась…

Сочинская трагедия

Англичане пообещали Грузии обеспечить ее безопасность, но Антон Деникин не взял во внимание позицию британцев. События развивались стремительно. Утром 29 января 1919 года на посту Лоо-Головинки деникинцы предъявили грузинам ультиматум – сложить оружие и отступить от Сочи. Начальник Сочинского гарнизона генерал Александр Кониашвили и поверенный правительства Мухран Хочолава незамедлительно сообщили об этом в Тбилиси. В свою очередь, министр Гегечкори обратился к британской миссии с просьбой еще раз предупредить добровольцев во избежание кровопролития не продвигаться вперед – это давало возможность объявить Сочинский округ нейтральной зоной до окончательного решения вопроса. Но пока нарушенная телеграфная связь передала в Сочи предупреждение британцев, в Сочи произошла ужасная трагедия – 6-7 февраля деникинцы взяли в окружение дислоцированный там малочисленный грузинский гарнизон. Часть гарнизона была уничтожена, а часть попала в плен. К сожалению, в плену оказались генерал Кониашвили, полковник Церетели и поверенный правительства в Сочинском округе Мухран Хочолава (позднее, в конце марта, после вмешательства британской военной миссии они были освобождены).

Как писали тогдашние грузинские газеты, во взятии города большую помощь деникинцам оказали местные армяне, настроенные антигрузински из-за поражения во время грузино-армянского столкновения в Лоре, имевшего место двумя месяцами раньше.

В Сочинском округе начались репрессии, шли аресты и грабежи оставшихся на этой территории грузин. В связи со случившимся 9 февраля 1919 года правительство Грузии направило ноту находящимся в Тбилиси дипломатическим представителям иностранных государств. В ней говорилось: «Согласно полученным официальным сведениям, командование Добровольческой армии после взятия Сочи намерено расстрелять всех находящихся там лиц, занимающих государственные должности Грузии… Просим принять соответствующие меры для пресечения этого. Правительство Грузии заявляет: если Добровольческая армия совершит такое ужасное дело или продолжит репрессии против местного грузинского населения по причине его симпатий к Грузии, правительство Грузии будет вынуждено обратиться к жестоким мерам по отношению к тем лицам, которые живут в Грузии и каким-либо образом связаны с Добровольческой армией…» (Газ. «Сахалхо сакме», 1919 год 11 февраля).

Что касается вопроса принадлежности самого Сочинского округа. Председатель правительства Грузии Ноэ Жордания обратился к британской миссии с нотой следующего содержания: «…Вашему превосходительству известно, что мы не раз заявляли о своем желании освободить Сочи при условии нейтрализации спорной зоны и размещения там частей английской армии. По мнению правительства Грузии, только при таком решении вопроса можно избежать столкновения… Грузинское правительство вновь вносит предложение очистить округ от добровольцев и нейтрализовать его до постановления Парижской мирной конференции…».
Пока в Тбилиси обменивались нотами, деникинцы заняли Адлер, Веселое, Пиленково, Гагра и остановились у реки Бзыбь – т.е. восстановили административную границу, установленную в 1904 году.

В конце февраля 1919 года Учредительное собрание Грузии (парламент) заслушал информацию главы государства Ноэ Жордания по Сочи. Вопрос стоял таким образом, что Грузия теперь теряла не только Сочи, но и Гагру. Как заявил Жордания, «…Гагрский округ является вратами Грузии. Нам говорят, мол, река Бзыбь является вашей границей, но это не так. На протяжении веков территория Гагры входила в состав Грузии. Поэтому мы ее не уступим…». Парламент принял во внимание эту информацию и одобрил предпринятые правительством шаги (газ. «Сахалхо сакме», 20 февраля 1919 года).

Как было сказано, деникинцы устроили террор на захваченной территории. В Гагре, подобно Сочи, особенно преследовали грузин. Убийства, насилие и грабежи стали ежедневным явлением. Руководитель грузинской общины в Сочи Михаил Хоперия передал британскому представителю акты специальной комиссии о бесчинствах деникинцев, но ничего не изменилось. 9 апреля обеспокоенное население подняло восстание, в ответ части Добровольческой армии попытались сжечь село Пластунка и другие населенные грузинами села.

Естественно, об этом стало известно грузинским гвардейцам, части которых были расположены на берегах реки Бзыбь. Они были готовы перейти в наступление (тем более что получили пополнение в артиллерии, оружии и живой силе), но британцы не одобряли намерения грузин. Они несколько раз сообщили грузинскому правительству, что деникинцы скоро покинут Гагру и поэтому надобности в атаке нет. Как бы это ни было парадоксально, лично генерал Антон Деникин игнорировал указания британцев и медлил с эвакуацией из Гагры.

Правительству Грузии трудно было смириться с таким положением. Надо было принимать радикальные меры. 12-15 апреля Валико Джугели лично проверил позиции грузинской гвардии и убедился в высоком моральном духе и боевой готовности воинов. Несмотря на предвиденное недовольство англичан, 16 апреля подразделения грузинской гвардии перешли реку Бзыбь, изгнали части российской Добровольческой армии из сел Отрадное и Колхида, заняли Гагру, а 18 апреля позади была и река Мехадыр… Евгений Гегечкори, в связи с этими событиями приглашенный в Учредительное собрание, в своем выступлении подчеркнул: «Два месяца прошли со времени обещания англичан, но вопрос по-прежнему оставался открытым. Всем известно, какую психологическую атмосферу создавало нашим войскам ожидание… Это способствовало бы дезорганизации фронта. Все должно иметь свой конец. Мы не отказываемся от претензий, но, в то же время, Сочинский округ считаем вопросом Парижской конференции, и сейчас, до тех пор, пока будет решен этот вопрос, мы считаем необходимым занять те границы, которые являются неоспоримой территорией Грузии…».

После начала наступления грузинских гвардейцев британцы оперативно приступили к действиям. В своей ноте они сообщили правительству Грузии, что готовы к проведению демаркационной линии по реке Бзыбь и поэтому грузины должны отступить назад.

Что происходит в это время на Гагрском фронте? «Враг отступает без оглядки… Наш кавалерийский дивизион перешел реку Псоу и вышел к реке Мзымта у Адлера… Но из Тбилиси был получен приказ – нужно выполнить требование британцев и вернуться назад, к реке Бзыбь… Ужасно, но что поделаешь, такова наша судьба. Взяли в плен около 500 солдат Добровольческой армии», - пишет Валико Джугели в своем дневнике.

В строгом требовании британцев и скрытой угрозе деникинцам просматривалась также поддержка, и Грузия, как говорится, скрипя зубами, согласилась отвести войска под твердые гарантии, что добровольцы не перейдут через реку Мехадыр, а нейтральную зону от реки Бзыбь до реки Мехадыр займут англичане, устроят здесь пикеты и разместят миротворческие силы. Со своей стороны, министр иностранных дел Евгений Гегечкори направил письмо премьер-министру Великобритании Ллойд Джорджу, в котором отмечал: «Правительство Грузии желает получить гарантии неприкосновенности ее территорий, поскольку к нас есть горький опыт, когда Деникин, несмотря на заверения Великобритании, все-таки напал на нас…». В конце Гегечкори выражал веру, что британские военные до принятия решения Парижской конференцией защитят безопасность Грузии. На этот раз британцы более или менее выполнили обещание.

Таким образом, на территории Грузии, между реками Мехадыр и Бзыбь, возникала еще одна нейтральная зона (ранее такой же статус, после войны с Арменией, получил и Лорский район), которая с административной точки зрения подчинялась Грузии. Но туда было запрещено вводить военные силы. Очевидно, что это означало ограничение юрисдикции грузинской власти.

Что касается Парижской мирной конференции. Как мы отмечали, грузинская делегация на столь высокой встрече руководителей стран-членов Антанты выдвинула требование установления границ, согласно которым, граница в Сочинском округе должна была проходить в 14 километрах от Туапсе, по реке Макопсе. Но требования грузинской стороны удовлетворены не были.

В феврале-марте 1920 года советская Красная армия достигла значительных успехов на Северном Кавказе – разгромила Добровольческую армию и заняла Сочи-Адлер. В апреле передовые части красных появились у реки Псоу. Что касается Великобритании, то после поражения Деникина, она уже не проявляла интереса к судьбе этого района. Правительство Грузии было вынуждено отказаться от своих территориальных претензий в отношении Сочинского округа – было очевидно, что Европа не поддерживала Грузию в этом вопросе.

Грузия уже не могла вести войну с советской Россией за Сочинский округ. В итоге 7 мая 1920 года согласно мирному договору между Грузинской Демократической Республикой и Российской Советской Федеративной Социалистической Республикой де-факто существующая ситуация была оформлена де-юре – государственная граница, между Грузинской Демократической Республикой и Советской Россией прошла по реке Псоу, т.е. Сочинский округ вошел в состав России.

Можно сказать, что на этом проблема была исчерпана. Но большевики, с целью создания в будущем благоприятной для них ситуации, в средних числах мая все-таки добились того, что до уточнения границы специальной комиссией территория между рекой Мехадыр и Псоу была объявлена демаркационной зоной. Военный министр Григорий Лорткипанидзе в докладе на имя Ноэ Жордания отмечал: «Ни мы, ни Россия не можем вводить войска в указанную зону, административно эта территория входит под ведомство нашего правительства, там существует наша администрация». Хотя тут же следует заметить, что правительство Грузии не смирилось с такой ситуацией, посчитало нужным принять меры по укреплению безопасности границ, и 16 ноября 1920 года постановило: «Гагру и Пицунду отделить от Гудаутского уезда и основать Гагро-Пицундско-Псоуский военный район c прямым подчинением правительству. В этот района назначить чрезвычайного комиссара правительства. Отменить существующую между реками Мехадыр и Псоу нейтральную зону».

В феврале-марте 1921 года, после оккупации Грузии Советской Россией, ничего спорного по Сочинскому округу, казалось бы, не могло быть. Но теперь противостояние возникло между русскими и абхазскими коммунистами… в связи с принадлежностью расположенного между реками Мехадыр и Псоу Пиленковского района.

Вопрос принадлежности Пиленково

Исторические источники свидетельствуют, что на месте села Гантиади нынешнего Гагрского района существовало древнейшее поселение Цандрипш. После укрепления России в Причерноморье, оно было переименовано - в знак уважения к начальнику Черноморского округа генералу Пиленко в 1867 году русские назвали поселок Пиленково. В начале XX века плодородные земли, лежащие между рекой Мехадыр и Псоу, привлекли внимание многих сельскохозяйственных предпринимателей. Если к этому добавить фактор курортной зоны, то неудивительно, что села общины Пиленково были весьма благоустроены, тем более что здесь проходила шоссейная дорога Сухуми-Сочи. Следует отметить, что в селе существовал христианский храм VII-VIII веков.

В феврале 1921 года, когда 9-ая Красная армия Советской России пересекла реку Псоу, вторглась в Грузию и заняла Сухуми, руководители окружной власти Сочи и Юго-Восточного краевого исполкома РСФСР воспользовались сложившейся ситуацией, постановили присоединить села Пиленковской общины к Сочинскому округу, создав здесь русскую администрацию. В конце апреля 1922 года президиум ЦИК Абхазии обратился во Всероссийский ЦИК с просьбой присоединить этот район к Абхазии до реки Псоу. Рассмотрение вопроса затянулось, и лишь в 1924 году уже ЦИК Советского Союза создал специальную комиссию, в которую вошли представители заинтересованных сторон – РСФСР и Абхазии (тут же следует разъяснить, что в те годы сухумские власти сохраняли определенную дистанцию с Тбилиси, и ряд вопросов решали автономно с соседней Россией).

Комиссия, по причине разногласий во мнениях членов комиссии, не сумела решить проблему. Поэтому для вынесения окончательного вердикта вопрос был поставлен на заседании Президиума ЦИК компартии России. 31 октября 1924 года Президиум вынес решение о возвращении Пиленковского района Абхазской ССР, но...

Давайте, ознакомимся с одним интересным документом, датированным 10 января 1925 года (архивный номер №80212), которое подписывает председатель Совета Народных Комиссаров т.н. Абхазской ССР Н.Лакоба (предлагаем с малыми сокращениями):

Секретно
Тбилиси:
Председателю Совету Народных Комиссаров тов. Кахиани
Председателю Закавказского ЦИК тов. Цхакая
Председателю Совета Народных Комиссаров тов. Орахелашвили
Москва:
Председателю ЦИК СССР тов. Калинину
Председателю Совета Народных Комиссаров тов. Рыкову
Секретарю ЦИК СССР тов. Енукидзе
Копии: представителям Закавказской СФСР в Москве тов. Тер-Габриеляну, тов. Орджоникидзе и тов. Мясникову.
«Вопрос о присоединении Пиленковской общины Черноморского округа к Абхазии прошел все стадии обсуждения в заинтересованных союзных органах и был решен положительно историческим законодательным актом ЦИК СССР, 31 октября 1924 года.

При решении вопроса о присоединении Пиленковского района к Абхазии была принята во внимание экономическая сторона, т.е. был проявлен разумный подход к делу максимального достижения экономического благополучия - климатическая особенность и национально-бытовые моменты этого района, а также необходимые политические соображения (национальный фактор). Несмотря на постановление ЦИК СССР о присоединении Пиленковского района к Абхазии, а также категорические указания того же ЦИК от 25 ноября 1924 года о претворении в жизнь этого постановления, отдельные представители Сочинского и Черноморского округов не только не подчинились постановлению, но и стали осуществлять неслыханные в советской практике безответственные действия. Когда вопрос о судьбе Пиленково еще находился в стадии обсуждения, товарищи Калинин, Рыков и Енукидзе были своевременно поставлены в известность о том, что ответственные работники Сочи, которые, несомненно, действовали согласно директивам вышестоящих товарищей своего округа, решили устроить среди населения Пиленково тенденциозный плебисцит, оказали воздействие на несознательную часть этого населения, обратились к коварным инсинуациям, силовым действиям, арестам, дискредитации Абхазской республики и издали фальсифицированное постановление против присоединения Пиленково к Абхазии. В ответ на постановление ЦИК СССР 31 октября 1924 года Юго-Восточный краевой ЦИК РСФСР прислал нам свое постановление, которое передаем в точности: «Взяв во внимание то, что население Пиленковского района Черноморского округа категорически против передачи этого района Абхазии и, соответственно, это желание они выразили на своем съезде, поручить товарищу Ейсмонту поставить вопрос постановления ЦИК СССР в Москве от 31 октября – т.е. о пересмотре вопроса присоединения Пиленково к Абхазской ССР и его аннулировании тем же ЦИК».

Совет Народных Комиссаров Абхазии не скрывает своего глубокого возмущения и в связи с этим заявляет следующее:

Первое, среди населения Пиленковского района достаточно большое количество кулацких, сомнительных групп русского колонизаторского происхождения, которые в своем сознании и действиях пока еще руководствуются идеей дореволюционного "великодержавного" централизма и девизом Деникина о "единой и неделимой России". Очевидно, что было бы политически неприемлемо опираться на желание, выражаемое такого типа "населением".

Второе, сочинские товарищи своим поведением утверждают среди т.н. "населения" веру в то, что имеет место конфликт интересов между национальными силами России и Абхазии по вопросу о принадлежности Пиленково и тем самым разжигают национальные инстинкты. Соответственно, вполне естественно, что они обретают симпатии этого "населения", что направлено против абхазов.

Третье, власти Сочи, манипулирующие фальсифицированными постановлениями и "всеобщим плебисцитом" избирают т.н. "представителей населения", тем самым внутри Советского Союза инициируют явление, похожее на всем хорошо известный "вопрос Бессарабии" и выполняют по отношению к Абхазии роль боярской дипломатии.

Четвертое, все, что происходит в Сочинском районе вокруг Пиленково, нельзя назвать иначе, как неприкрытым невежеством ответственных работников, поставивших целью реставрацию политической тупости бывшего принца Ольденбургского, который силой отделил Пиленково от Абхазии. Эту ошибку позднее исправила революция, и граница Абхазии с РСФСР и во времена меньшевиков проходила по реке Псоу.

Пятое, решение высшего союзного органа - ЦИК СССР не подлежит апелляции. Никто не имеет права самовольно остановить его действие ни на одну минуту. Поэтому игнорирование постановления ЦИК РСФСР Юго-Восточным исполнительным краевым комитетом мы считаем ревизией законодательного акта, соответственно - ослаблением советской дисциплины.

Совет Народных Комиссаров Абхазской ССР сообщает о ситуации и считает, что последующее затягивание проблемы наносит государственный вред Абхазии… Соответственно, настоятельно просим издать распоряжение в адрес руководителей Юго-Восточного краевого исполкома РСФСР и Сочинского округа об обязательном исполнении постановления Союзного ЦИК от 31 октября 1924 года.
Приложение – на 13 листах». (Архив политических партий Грузии, фонд 14, оп. 2, Дело 119).

Письмо аналогичного пафоса было направлено заместителю председателя Главного Политуправления СССР (бывший ЧК) Генриху Ягоде, в котором было сказано: "В период советизации Черноморского побережья выделение из Абхазии Пиленковского района произошло механически, без согласия высших органов. Это произошло по инициативе особого отдела Сочинского округа, который перенес пограничный пост на 7 километров от Гагры. А рабочие Пиленково противились этому, так как они продавали излишки своей сельхозпродукции только в Гаграх. Гагра для них была медицинским, юридическим, хозяйственным и образовательным центром...". В письме была высказана просьба к Ягоде, чтобы он исправил ошибку, допущенную сочинским ЧК, восстановил справедливость и этим помочь Абхазии.

Проходили годы, но вопрос Пиленково не решался. Эту затянувшуюся проблему рассмотрели также и в секретариате ЦК компартии Грузии. ЦИК Советского Союза 25 апреля 1925 года принял Постановление о претворении в жизнь Постановления ЦИК ССР от 31 октября 1924 года. Но и это решение не было выполнено, так как ЦИК РСФСР потребовал изучить данный вопрос. После изучения вопроса 31 декабря 1928 года ЦИК СССР принял постановление о передаче территорий четырех сельсоветов Сочинского района Черноморского округа Северокавказского края РСФСР – Пиленково, Микелрипш, Христофорово и Сальме Закавказской СФС Республике и признании реки Псоу в качестве новой границы. В апреле 1929 года территория между рекой Багарипста и рекой Псоу была передана Абхазии, а упомянутые выше сельские советы вошли в Гагрский уезд. В Гагрский уезд вошла также левобережная часть села Аибга, находящегося в верховьях реки Псоу. Вторая же часть, расположенная на правом берегу реки – была передана Сочинскому уезду и, соответственно, осталась в составе России. С этого периода государственная граница Грузии проходит по реке Псоу.

12 июня 1943 года на основании решения Областного Комитета Абхазии ЦК Компартии Грузии принял постановление, согласно которому Пиленково было переименовано в Гантиади.

Вместо заключения: послесловие

На протяжении десятилетий грузинское общество питалось слухами о том, что Сочинский округ, якобы, был передан России известным революционером и большевиком, советским государственным деятелем Серго Орджоникидзе. Но ознакомившись с вышеприведенным материалом, читатель, я думаю, сам убедится, что Серго Орджоникидзе никак не связан с этим вопросом (на его совести много грехов и, давайте, объективности ради, не станем приписывать ему новые). Таким образом, ответ на вопрос, поставленный в заголовке данной статьи можно заключить в следующее резюме:

Грузинские власти установили контроль над Сочинским округом в июля 1918 года. Но в силу тяжелейшей военно-политической обстановки и международной конъюнктуры правительство Грузии, несмотря на большие попытки, не сумело сохранить округ и в начале февраля 1919 года было вынуждено оставить с боями эту территорию. Позднее, в апреле 1920 года, после разгрома деникинской Добровольческой армии, Сочинский округ заняла российская Красная армия, а согласно подписанному 7 мая 1920 года договору между Грузией и Россией, указанная территория вошла в РСФСР.

Правда, следует заметить, что события первой четверти XX века сегодня, может, и не имеют большого политического значения, но они все-таки напоминают о перипетиях, связанных с защитой территориального единства Грузии, усилиях тогдашнего ее руководства, его ошибках и успехах…

История порой повторяется и устраивает нам горький экзамен, чтобы мы могли бы извлечь уроки из собственных же ошибок. Но, к сожалению, в реальной политике происходит наоборот… Судите сами: спустя почти 75 лет после печальных февральских событий 1919 года, ситуация повторилась – центральные власти Грузии потерпели катастрофическое военное поражение в боях с абхазскими сепаратистами.

Формулировка, к которой мы прибегли для описания причин, вынудивших грузинские власти оставить Сочинский округ, применима и в отношении этого конфликта - из-за сложнейшей военно-политической ситуации и международной конъюнктуры, правительство Грузии, несмотря на большие попытки, не смогло сохранить Абхазию и в сентябре 1993 года было вынуждено покинуть с боем эту территорию. Кроме того, добавим, что большую роль в поражении Грузии сыграли как слабость центральной власти и собственные ошибки, так и российское военное вмешательство в этот конфликт, в результате чего большая часть Абхазии вышла из-под юрисдикции Грузии. К сожалению, благодаря ошибочной политике официального Тбилиси, в результате августовской кампании 2008 года, осуществленной под ложным патриотическим лозунгом, мы вновь оказались перед военно-политической катастрофой. Результат налицо: Кодорское (Дальское) ущелье Абхазии для нас уже недосягаемо, не говоря уже о других более значительных потерях – Ахалгори и вообще, Цхинвальском регионе.

На фоне этих событий вопрос Сочинского округа уже становится почти позабытой, окутанной легендой историей. Можно сказать, что после потери Абхазии, ее выхода из-под юрисдикции грузинских властей, мечты о Сочи - лишь утопия и ничего более. Но мы и будущее наше поколение должны знать когда и как все происходило.


 
 
При использовании материала гипперссылка на Expert Club обязательна