RSS
Перспектива российско-грузинских отношений: предположительный сценарий
02.11.2010 15:06
Симон Киладзе

В правящем тандеме России заметно разногласие. Чем ближе президентские выборы 2012 года, тем явственней политическая трансформация президента: в его действиях отчетливее проступает его собственное «я» - когда-то послушный Владимиру Владимировичу Путину Дмитрий Анатольевич Медведев постепенно проявляет скрытый до последнего времени нрав и как будто выходит из-под влияния хозяина. Правда, до 2012 года пока еще довольно далеко, но очевидно, что основы формулы «президент-премьер-министр-президент», задуманной Путиным во время мартовских выборов 2008 года, уже рушатся.

«Соперничество» между обитателями Кремля и Белого дома (здание правительства России) насчитывает уже достаточно времени. Некоторые указывают, что разногласия, наметившиеся между Медведевым и Путиным в 2009 году, в 2010-м еще более углубились. Это проявилось во время решения некоторых кадровых вопросов. Существование разногласий подтверждает проблема расположенного под Москвой Химкинского леса (В.Путин поддержал вырубку леса в связи со строительством автострады, Д. Медведев же ее остановил) и отстранение от должности Юрия Лужкова.

Медведев-Путин:
либерал против консерватора?

Как отмечают российские и западные политологи, в правящей элите современной России Дмитрия Медведева условно можно считать лидером либерального крыла, в то время как Владимир Путин является самой авторитетной фигурой глубоких консерваторов.

Владимир Путин, как это присуще человеку с мировоззрением, сформировавшимся в период работы в спецслужбах советского периода (комитет госбезопасности), является личностью с «жестким, беспощадным и строгим» характером. А в формировании сравнительно либерального мировоззрения Дмитрия Медведева и в восприятии им событий, можно сказать, значительную роль сыграла работа на гражданской службе.

Конечно, подобную «классификацию» лидеров России можно оспаривать, хотя, как мы говорили выше, очевидно, что и внешняя политика премьер-министра и президента, хотите, в американском или европейском векторе, довольно таки различаются. К примеру, вспомним выступление Владимира Путина на Мюнхенской конференции по вопросам безопасности, которое едва не повергло в шок европейцев, или то, как ухудшились российско-американские отношения в период его президентства (несмотря на то, что Джордж Буш-младший «заглянул Путину в глаза и увидел его душу»). В то время как Медведев-Обама начали известный процесс «перезагрузки», в Европе и Америке заговорили о дружеском и деловом партнерстве с Россией.

В то же время очевидно и то, что Запад все-таки смотрит на русского медведя с определенной робостью и страхом: миру хорошо известны светотени российской имперской политики, когда потепление сменялось похолоданием и за отдалением обычно следовало сближение с тяжелыми результатами почти для всего мира. Подобных рецидивов довольно много – начиная с XIX века по сегодняшний день, что оставалось неизменным и во времена монархии, и во времена коммунистов, да и во времена «либерально-демократической России» 1990-х годов.

В свою очередь, отношение Запада к России тоже не вполне однородно, в нем выделяются разные подходы: ведущие государства континентальной Европы более лояльны к Кремлю, чем островная Великобритания и расположенные за океаном Соединенные Штаты Америки. Среди причин, определяющих такую ситуацию, основных – две. Во-первых, со «старыми» государствами континентальной Европы Россия имеет исторические политико-экономические и культурные связи, что довольно часто выражалось даже в стратегическом партнерстве. И, во-вторых, Германия, Франция и другие развитые страны Европы пока еще в основном «питаются» российскими нефтью и газом, и экономика России в значительной степени интегрирована с ними.
Такое различие в подходе к России в определенной степени ослабляет усилия западного «демократического фронта», направленные на демократизацию Москвы. Если к этому добавить лояльность известной политики «перезагрузки», то станет ясно, почему строгость со стороны Берлина-Парижа и Брюсселя-Страсбурга не так уж редко является лишь кажущейся, что выражается, в основном, в «беспокойстве и возмущении». Россия же пользуется этим и направляет свой гнев против непокорных и неукротимых стран «ближнего зарубежья».

В период российской антигрузинской истерии можно заметить, что некоторые аспекты политики В. Путина и Д. Медведева по отношению к Грузии более или менее различаются по тональности и стилю. Дмитрий Медведев сравнительно редко делает оскорбительные заявления в адрес Грузии. Его политическая лексика сегодня более цивилизованная, чем в ранний период президентства, в то время как перманентные неполиткорректные высказывания Путина общеизвестны.

Скептики могут утверждать, что на фоне российской имперско-захватнической политики не особо важно, говорят ли российские лидеры о Грузии в мягком тоне или жестком - главное то, что антигрузинский вектор Кремля пока что остается неизменным.

И все-таки, насколько может измениться отношение к Грузии его северного соседа с учетом происходящих в России внутриполитических процессов? Точнее говоря, как будут развиваться отношения между Грузией и Россией, если «либерал» Дмитрий Медведев продолжит сдерживать «консервативного и жесткого» Владимира Путина, а потом сможет и отстранить его от политики?
Правда, сегодня прогнозировать трудно: никто не знает, что произойдет, что предпримет Путин против Медведева или наоборот. Но давайте немного пофантазируем, представим себе оптимистичный и пессимистичный аспект своего рода упрощенного гипотетического сценария.

Оптимистичный сценарий:
компромиссы России в отношении Грузии

Допустим, Дмитрий Медведев осилил сопротивление Владимира Путина и заставил его постепенно отступить на задний план. Окружение премьер-министра более или менее нейтрализовано; центральная и региональная правящая элита комплектуется твердыми сторонниками президента; в СМИ усиливается кампания в его поддержку; силовые структуры и родные спецслужбы Путина подчиняются президенту уже не формально и юридически, а практически. Наступает момент истины – по решению Медведева Владимир Путин отстранен от должности. Президент получает полную свободу действий.

Период реального политического роста и усиления Медведева совпадает с предвыборным периодом в стране. В России заметно активизируются демократические процессы, углубляются реформы, Запад поддерживает курс Медведева, хотя параллельно просит Кремль решить проблемы международной и региональной безопасности, в том числе по отношению к Грузии.
Наверное, в новой политике Кремля вопрос отношений с Грузии будет одним из важнейших, хотя очень трудно решаемых. Твердого основания и четкого фона тому, чтобы Медведев что-либо уступил по грузинскому направлению, пока еще не существует, но политическая ситуация может измениться. Незначительные, но определенные признаки этого на горизонте уже виднеются.

Правда, нападение на Грузию и ввод военно-оккупационного контингента России на ее территорию, согласно конституции России, произошел именно по приказу президента – лично Дмитрия Медведева. Но, в то же время, в публичных выступлениях он постоянно подчеркивает, что «это было вынужденное решение». То же самое он говорит и о признании т.н. независимости Абхазии и «Южной Осетии». Кто вынудил Д. Медведева пойти против собственной воли? Вспомним, что к августу 2008 года президентский стаж Медведева насчитывал только какие-то три месяца - он зависит от Владимира Путина, который в это время, можно сказать, является фактическим правителем России.

С чего начнет Дмитрий Медведев?

Следует учесть, что президенту вообще трудно отказаться от того, что он уже однажды заявлял публично - тем более трудно лидеру такой амбициозной страны, как Россия. Для этого необходимо определенное время и соответствующий момент. Поскольку главными и первейшими целями для Грузии являются:

а) вывод российских войск из оккупированных территорий;
б) установление контроля на грузино-российской государственной границе;
в) восстановление территориальной целостности

– тогда следует предположить, что Медведев попытается предпринять определенные шаги в этом направлении.

«Потепление» отношений между Грузией и Россией может произойти в два этапа. На первом этапе, думаю, в этом плане значительную роль может сыграть фактор будущего вступления России во Всемирную Торговую Организацию (ВТО). При этом не исключено, что на первом этапе деоккупации Кремль, под определенным давлением США (или на основании политической сделки), согласится на требования Тбилиси и, на первых порах символически, допустит грузинских таможенников на контрольно-пропускной пункт Роки-Нижний Зарамаг (Если не таможенников грузинской национальности - то хотя бы действующих от имени Грузии представителей международных организаций. Похожие факты раньше имели место в конфликтных регионах в разных частях мира). Возможно, сегодня это кажется фантастикой, но не стоит забывать о том, что принципиальное соглашение о создании совместных пунктов на границе Грузии и России было достигнуто еще в феврале 2008 года. Кроме того, заявления Вашингтона о том, что всего через год Россия станет членом ВТО, настолько тверды и убедительны, что невольно возникает мысль о существовании какой-то сделки.

Второй этап, наверное, начнется в 2012 году, если президентом вновь будет избран Дмитрий Медведев. Россия активно продолжает интегрироваться с Западом, параллельно сокращает контингент своих оккупационных войск в сепаратистских регионах Грузии и убеждает Сухуми и Цхинвали в необходимости проведения такой политики. А в Тбилиси, в свою очередь, при посредничестве международных организаций и с учетом новых политических реалий, приступают к работе над форматом территориального устройства Грузии, утверждением механизмов по обеспечению безопасности и установлению взаимного доверия. Запад и Россия совместными силами оказывают Грузии финансовую помощь, большая часть которой под международным контролем распределяется между Абхазией и «Южной Осетией».

Государства Восточной Европы, которые были настроены к Москве довольно враждебно, поддерживают усилия Медведева, а проблемы, появившиеся между ними в прежние годы, резко уменьшаются. Нейтрализован жесткий просербский курс российской дипломатии на Балканах, так как сама Сербия уже интегрирована с Евросоюзом. На фоне, когда Белград и Москва фактически «движутся на орбите Евросоюза и НАТО», проведение старой политики теряет смысл - соответственно, Россия признает независимость Косово. Тем самым она практически согласна с политическим курсом Запада.

Признание Косово, т.е. отказ от старой политики, естественно, рождает возможность пересмотра и корректировки отношений с Абхазией и «Южной Осетией». Но что делать России с «заблудшими сынами» Грузии, независимость которых ею уже признана? Это очень проблематичный вопрос.

Конечно, независимость Абхазии и «Южной Осетии» - искусственная, она дарована Кремлем и признание их суверенитета в значительной степени было вызвано только желанием досадить Западу (из-за Косово). Конечно, оба региона Грузии оккупированы Россией, очевидно и то, что руководства Сухуми и Цхинвали - сепаратистские, хотя между ними существуют и различия. «Южная Осетия», которая реально является частью Шида Картли, находится в совершенно ином положении, чем Абхазия. «Южная Осетия» является образованием, созданным абсолютно безосновательно, искусственно, оно не имеет будущего и не способно существовать самостоятельно.

Дмитрий Медведев прекрасно знает возможности Абхазии и «Южной Осетии», он бывал и в Сухуми, и в Цхинвали. Ему прекрасно известно и то, что Цхинвали - это своеобразная «черная дыра», в которой бесследно исчезают (точнее - накапливаются в карманах режима Эдуарда Кокойты) миллиарды российских рублей, предназначенные для населения. «Южная Осетия» для России – это сизифов камень, который она взвалила себе на спину и тащит. Т.е. «Южная Осетия» во всех отношениях проигрышна и убыточна - как экономически, так и политически.

Таким образом, согласно оптимистическому сценарию, можно предположить, что Россия, в первую очередь, освободится от самого тяжелого для нее балласта; либерально-демократический президент спустя годы признает ошибку, преодолеет ложную гордость, сдержит свои амбиции и отменит собственный указ о признании независимости «Южной Осетии». Выше мы уже говорили, что для президента признание ошибок – довольно трудный момент, но довольно часто происходит и такое, что признание ошибочного шага становится основой будущих успехов. Что касается отзыва непосредственно признания независимости, его отмены, то такие прецеденты в международной дипломатии, правда редко, но все-таки имели место: так было в 20-30-40-е годы прошлого века, это происходит и сегодня по отношению к некоторым африканским или азиатским сепаратистским режимам.

Продолжение следует…


 
 
При использовании материала гипперссылка на Expert Club обязательна