RSS
Модель политического поведения Грузии и очередная попытка России исказить историю Грузии – Часть II
20.05.2011 12:30
Давид Мерквиладзе
доктор исторических наук, профессор, старший научный сотрудник Института истории и этнологии им. И. Джавахишвили

(Продолжение. См. начало)

«Об отношении шахов к Грузии можно судить по тому, что по их приказам и на их средства в Картли и Кахетии содержалось войско, которое обязано было охранять границы Грузии от набегов горских племен, если войска не хватало, шах присылал помощь. Налоги, собираемые с грузинских княжеств, были такими же, а иногда и меньшими по сравнению с налогами на других территориях как Иранского, так и Турецкого государств». В подтверждение своих слов автор ссылается на современного турецкого автора Эвлия Челеби о том, что один из турецких вилайетов - Имеретинское царство, было освобождено от обычных налогов и только раз в год в качестве подарков посылало в Стамбул невольников, соколов, ястребов, мулов. Кроме того, автор добавляет, что «имеются неоднократные примеры снижения налогов и в персидской части грузинских княжеств». «Иранцы не уничтожают христианскую церковь полностью, они ставят её в определенные рамки и заставляют согласовывать утверждение грузинских католикосов в Иране. Есть немало свидетельств того, что шахская власть являлась неким верховным судьей, арбитром в церковных, хозяйственных и административных вопросах».

Шахи Ирана, охваченные любовью к Грузии и грузинам, существуют только в воображении А. Епифанцева. Чтобы подтвердить это не представляет никакого труда опровергнуть приведенные автором примеры и указать другие неточности:

1. В период господства иранцев в Восточной Грузии в крепостях Картли и Кахети действительно стояли иранские гарнизоны. Но их целью вовсе не была защита границ Грузии от «набегов горцев». Примечательно, что эти гарнизоны были укреплены в наиболее стратегических местах страны, а не в приграничных регионах Грузии. Их главнейшей обязанностью было сохранение и обеспечение здесь иранского господства. Шах, действительно, посылал в Грузию дополнительную военную силу, когда имевшейся уже было недостаточно. … Но не для защиты населения, а для подчинения непокорных грузин. Это такая прописная истина, что говорить здесь об этом, можно сказать, даже, неудобно, но и оставлять эти абсурдные заявления автора без ответа тоже нельзя. (Если следовать «логике» автора, то какими же, оказывается, были безумными грузины, когда, например, во время Бахтрионского сражения, в 1659 году одним ударом уничтожили одновременно все иранские гарнизоны, присланные специально Шах-Абассом II для «защиты грузин» и укрепившиеся в Бахтрионской крепости и монастыре Алаверди. А таких примеров множество). Хотя были случаи, когда иранцы выступали против набегов дагестанцев: в 40-е годы XVIII века, когда Надир-шах вел войну с Османской Турцией, последняя широко использовала против стоящих в Закавказье иранских войск дагестанские отряды, которым в качестве плацдарма уступила землю Ахалцихского пашалыка. Иранский гарнизон в Картли в этот период подчинялся грузинскому царю Теймуразу II, который в 1744-1747 годы вместе с грузинскими войсками выставлял против дагестанцев и иранские военные части. В такой ситуации, бесспорно, противостояние Надир-шаха с Дагестаном было продиктовано оказанием горцами военной поддержки Турции, а не желанием «защитить грузин». Следует отметить, что во время борьбы за подчинение грузинских царств иранские шахи сами подстрекали тех же горцев против грузин. Т.е. Иран всегда действовал только исходя из собственных интересов. Обобщение этого единичного случая и его отождествление со всей эпохой является только лишь очередным проявлением демагогии автора. Тем более, даже в этом случае главнейшее назначение иранских гарнизонов - установление господства на грузинской земле – оставалось неизменным. Т.е. иранские войска в Грузии представляли собой обычные оккупационные войска и «защищали» грузин так, как это делают сегодня российские войска в Шида Картли и Абхазии.

2. Размер налогов, собираемых с Картли и Кахети для Ирана, часто действительно не превышал налогов, утвержденных в непосредственно иранских провинциях. Но здесь автор намеренно обходит или не учитывает следующие обстоятельства: а) кроме этих налогов грузины (крестьяне, торговцы-ремесленники и др.) обычно платили налоги, предусмотренные грузинским феодальным законодательством. Поэтому им приходилось платить одновременно двойной налог и соответственно, иранский налог ложился дополнительным, очень тяжелым грузом на население; б) средства на развитие инфраструктуры или удовлетворение множества других потребностей выделялись из грузинской государственной казны, которая, в свою очередь, пополнялась именно за счет местного «грузинского» налога. Соответственно, посылаемая в Иран сумма, не расходовалась на нужды Грузии, не возвращалась государству. Поэтому такого типа налоги, или дань (как их называли в Грузии), не приносили стране никакой пользы, не давали никакого блага (зато приносили выгоду поработителям). Таким образом, богатства страны утекали, что и было причиной ее экономического истощения. Естественно, покорение новых территорий тогдашнему Ирану (как и любой другой империи) было необходимо для получения дополнительного дохода; г) были случаи сокращения завоевателем налогов, но это, конечно же, не было вызвано безвозмездно благосклонным отношением шаха к грузинам. На повышение Ираном налогов грузины зачастую отвечали неповиновением и восстаниями, как, например, длительное восстание в Шида Картли первой половины XVIII века, которым руководили грузинские князья (Гиви Амилахвари, Ксанский эристав Шанше). В условиях, когда под угрозой оказывался не только сбор налогов, но и вообще сохранение в стране влияния, разумеется, шаху было предпочтительней сократить налоги (так поступил в то время Надир-шах). Т.е. со стороны шаха это был вынужденный шаг, и у этого явления не было ничего общего с якобы «привилегированным» положением грузин.

3. Было бы большой ошибкой объявлять Имеретинское грузинское царство одним из вилайетов Турции. Несмотря на то, что в этот период Имеретия рассматривалась как вассальное царство, подвластное Османской империи (напомним автору, что именно так называлась тогда Турецкая империя). Оно никогда не было вилайетом, т.е. составной частью этой империи. Поэтому, неудивительно, что на него не распространялись обычные, характерные для османских регионов налоги. То, что турки-османы довольствовались лишь ежегодными налогами от Имеретии, о которых мы упоминали выше, было обусловлено тем, что им было не под силу выкачать из грузинского населения еще большее количество дани. Их господство в Имеретии в большинстве случаях носило поверхностный характер и выражалось в ежегодном получении подарков и формальном признании имеретинским царем их господства. И если автору это кажется своего рода привилегией, объясним, что эта «привилегия» была обусловлена труднодоступностью Имеретии и была достигнута борьбой всегда готовых к бою грузин. Поэтому бессмысленно видеть в этом волю султана.

4. Пассаж автора, в котором он особо отмечает лояльное отношение иранцев к грузинской христианской церкви, вызван стремлением обосновать особо «теплое» отношение захватчиков к грузинам. Но и это является частью характерной для автора демагогии. В Иране прекрасно знали, что Грузию никогда не сделать «собственной», обычной иранской провинцией (хотя нашему автору именно так это и представляется), до тех пор, пока ведущую позицию здесь занимает христианство. Христианская вера была тем сильнейшим фактором, который необходимо было искоренить для насаждения твердой иранской ориентации и полнейшей ассимиляции грузин. Ведь христианство было одним из значительнейших определяющих факторов самоидентификации грузин, который постоянно был преградой на пути осуществления Ираном своих имперских целей и, в то же время, обращал взоры грузин, стремившихся освободиться из-под иранского ига, на север. Именно из-за верности христианству и категорического неприятия ислама по приказу шаха Абасса I была подвергнута пыткам раскаленными саблями царица Кахетии Кетеван, был удушен картлийский царь Луарсаб II (Грузинская Церковь причастила их к лику святых). Не станем нагружать читателя подобными жуткими примерами. Только лишь добавим, что в 10-20 е годы XVII века, когда иранская агрессия была в зените, шахский двор, не добившись насильственного обращения грузин в исламскую веру (христианство невообразимо глубоко сидело в крови грузин), изменил свою политику в этом вопросе. Именно поэтому представителей грузинского царского рода Багратиони назначали правителями только при условии принятия ими ислама. Ислам всячески поощрялся, шахский двор пытался укоренить иранскую систему правления, иранские исламские нравы и обычаи и т.д. (хотя и это окончательно не дало желаемого результата). Можно сделать только один вывод: то, что грузинская государственная автономия предусматривала свободу вероисповедания и существование христианской церкви - это заслуга, опять-таки, твердости веры и несломленности духа грузин. В то же время «согласование утверждения грузинских католикосов в Иране» или «немалые свидетельства» того, что шахская власть была неким верховным судьей Грузинской Церкви – только вымысел Епифанцева и не имеет ничего общего с действительностью.
 


 
 
При использовании материала гипперссылка на Expert Club обязательна